Как лечат различные травмы в больнице Благовещенска. Видео

Цель нашего проекта "Врач на дому" быстро и качественно диагностировать заболевание и предложить современные методы лечения на дому

Как лечат различные травмы в больнице Благовещенска. Видео
Задать вопрос
Наши специалисты ответят на любой интересующий вопрос по услуге

Здравствуйте! Сегодня поговорим о здоровье. Я задам несколько простых, а может быть, и не очень простых вопросов заведующему ортопедо-травматологическим отделением Благовещенской городской клинической больницы Александру Ивановичу Чепелеву.

– Здравствуйте, Александр Иванович.

– Добрый день.

– Давайте в течение нашего разговора, попробуйте опровергнуть мнение, что лечиться нужно в других регионах или даже за границей. Во всяком случае, постарайтесь меня в этом убедить. Я знаю, что сейчас многие жители Амурской области уезжают в Корею или в другие города для каких-то операций. Я знаю, что в вашем отделении сложные операции делают, новейшие технологии применяют. Самые частые операции – с чем обращаются к вам люди?

– Наше отделение ортопедо-травматологическое. В основном мы занимаемся травматологическими больными. Это, что касается травмы. Занимаемся, в общем-то, всем. Остеосинтезами, восстановлением сухожилий, раны различные, черепно-мозговая травма. То есть, большой объем операций мы выполняем. Сказать, какие часто, какие редко, трудно. Тут, скорее, сезонность. Зимой, когда есть гололед, превалирует травма голеностопного сустава, лучезапястного сустава, шейка плеча ломается. Летом совсем другая ситуация. Летом все в садах. Это мелкие травмы. И плюс автодорожные травмы. Зимой мы ездим медленно, летом – быстро. Так что, операции выполняются на всех сегментах, и они разные. К примеру, на прошлой неделе мы сделали пять остеосинтезов бедра.

– А что это такое? 

– Остеосинтез – это восстановление после переломов. Фиксация переломов. Либо это пластина, либо штифт, либо аппарат Илизарова. Различные методики сейчас применяются. На сегодняшний день каждый перелом требует определенного метода лечения.

– Каждый перелом – это трагедия всегда. И это очень длинная нетрудоспособность человека, это очень некомфортное существование. Есть ли сейчас какие-то новые технологии, чтобы не было этих громоздких аппаратов, костылей? Чтобы человек быстрее восстанавливался.

– На сегодняшний день, конечно же, ситуация в травматологии поменялась. Она поменялась в нашей стране и в нашем регионе. Раньше мы отставали от запада и достаточно серьезно. Сейчас все по-другому. Сегодня уровень нашего региона – мировой. Не только нашей больницы, но и других клиник. Потому что появились новые технологии, новый инструментарий.

– А отставали почему? Потому что денег не было? Или потому что не был обучен персонал?

– Трудно сказать. Я просто помню те времена, когда мы сами точили штифты, гнули пластины. А сегодня совсем все по-другому. Сегодня, допустим, под перелом мы подбираем металлоконструкцию. Мы видим, что лучше ставить. Либо это накостный остеосинтез, либо внутрикостный остеосинтез. Соответственно, методики поменялись. Не ушли старые: аппарат Илизарова, чем мы оперировали раньше очень часто и много, остался. Он будет всегда, он востребован. Но характер перелома требует своей методики. Если в прошлом я видел пациентов, которые не стремились быстро выходить на работу, то сегодня время – деньги. Им нужно быстрей восстановиться, быстрей встать на ноги, быстрей пойти. И нам нужно оперировать так, чтобы они буквально на вторые-третьи сутки уже могли ходить. Сегодня есть такие методики.

– Раньше же лежали просто неделями.

– Да. Раньше очень много лежали. Не неделями, месяцами.

– Это просто мнение такое у профессиональной медицинской общественности изменилось, что сейчас нужно быстрей поднимать пациента? Или просто такие технологии появились, что нет необходимости его держать в горизонтальном положении?

– Жизнь заставляет людей подниматься. Пациент должен работать, быстрей встать в строй. А помогаем этими технологиями. Мы ставим металлоконструкцию, которая будет держать. Первое время мы ставим штифт. Он фиксирует перелом. Человек не чувствует никаких проблем, ходит на металлоконструкции. В процессе все срастается.

– Раньше таких не было?

– Раньше таких не было. Сегодня мы можем прооперировать перелом лодыжек. Очень частая патология – практически каждый день по 2-3 человека поступает. Мы прооперировали, поставили пластиночки специальные. Через три дня пациент может ходить, наступать на ногу. Раньше же – три месяца в гипсе.

– Александр Иванович, все же, дело не только в технологиях, но и в людях, в специалистах. Медицина на месте не стоит. Надо все время обучаться. Ваши специалисты где обучаются? Как часто? Насколько пациент может доверять хирургу, с которым он общается, что это человек грамотный, обученный новым современным технологиям? 

– На сегодняшний день неграмотных специалистов в медицине, по-моему, не осталось. В нашем отделении 12 докторов. Все молодые, амбициозные, идут вперед. Постоянно у нас кто-нибудь находится на учебе. Сегодня человек находится в Санкт-Петербурге. Приезжает – следующий уезжает.

– Базовая школа – это Питер?

– Разные. В зависимости от патологии. Допустим, если мы хотим заниматься стопой – это Москва. Что касается эндопротезирования – Санкт-Петербург. Есть красноярская очень серьезная школа.

– К вам приезжают специалисты, чтобы обучать?

– Да, мы иногда проводим семинары. Недавно у нас проводился артроскопический цикл. По пластике передней крестообразной связки и патологии плечевого сустава.

– Вы можете сказать что-то о своих последних достижениях? Людям же всегда интересно, что у нас сделали такого самого-самого, какую операцию самую сложную провели. Чем можно гордиться?

– Я думаю, нужно гордиться объемом работы. Очень много пациентов поступает. Их все больше и больше. Почему-то геометрическая такая прогрессия. Для сравнения: четыре года назад операций было 300 в год. А в прошлом году – 1200. Если говорить о том, что мы большую и серьезную операцию сделали – они делаются постоянно, в потоке.

– Такой героизм будней.

– Мы сделали, мы победили, попереживали за какие-то осложнения, воспаления, все это прошло, мы довольны…

– А с чем связан такой рост оперативной помощи? Люди стали меньше под ноги смотреть? 

– Операций стали делать больше. Если раньше мы гипсовали. А дальше человек идет с гипсом…

– И непонятно, как срастется. 

– На сегодняшний день пациент хочет хорошо, хочет как можно быстрее восстановиться. Можно бы иногда, редко, конечно, полечить гипсом. Но пациент говорит «а сколько будет времени занимать мое лечение если прооперируете, и сколько будет занимать, если не прооперируете?» И банальная ситуация – перелом луча в типичном месте, когда человек падает, ломает. Если мы прооперировали, через три дня он может пользоваться своей рукой. Без гипса, без ничего. Если не оперировать – минимум месяц он ходит в гипсе. А дальше уже разрабатывает.

– Александр Иванович, еще такой вопрос. Все-таки, он, наверное, медицинский. Сейчас есть интернет, есть отзывы о разных врачах. Не буду лукавить, читала отзывы о вас. И о вас пациенты говорят, что вы человек очень тактичный, добрый и мягкий. Что в медицине встречается не очень часто. Потому что врач обязан быть с холодным сердцем, чтобы не «умирать» с каждым больным. Я понимаю, что хорошего специалиста выучить можно. А как можно выучить доброго, сопереживающего врача? И нужно ли это?

– Дело в том, что «холодное» сердце и добрый человек – это немного разные вещи. Если ты стоишь в операционной, ты должен четко, жестко относиться к ситуации. Если ты считаешь, что надо резать, то нужно резать, как бы человек не плакал, не просил – ты понимаешь, что будет завтра. А что касается отношения к пациенту – наверное, мама с папой должны были прививать в свое время. Я другого объяснения не вижу. Либо ты должен любить свою профессию. Как-то стремиться к лучшему. Как-то этот мир поменять.

– Вы же все равно наставник тех молодых ребят, которые к вам приходят? Вы же говорите им об отношении к пациенту отеческом, добром, братском? 

– Обязательно. Это один из основных моментов в нашем отделении. Конечно, очень сложно. Сейчас для пациентов много средств массовой информации, куда он просто может написать небольшую записочку, и по каждой записочке каждый доктор будет отписываться, почему угол отколот или судно не вовремя принесли. Не все пациенты относятся к этому правильно. Человек с утра пришел, быстро обход сделал, потом побежал в операционную до четырех. А рабочий день уже закончился. Он потом приходит в ординаторскую, не успевает попить чай. Потом опять прием. Дальше он пишет историю болезни. Приходит домой. Выспался – с утра опять на работу.

– Ну, Александр Иванович, это сложности любой профессии. И там бегают, и там бегают. Но от врачей всегда ждут большего. 

– Мы стараемся сделать больше.

– Вывод я могу сделать из нашей беседы такой. Лечат у нас сложные случаи. Лечат успешно. И ничего бояться не надо.

– Конечно. Мы просто к сложным случаям уже относимся как к обыденным. Поэтому, если нужно, мы можем рассказать и показать различные снимки и очень серьезные операции. Резекции, допустим, восстановление, выращивание костей и так далее.

– Но лучше к вам все равно не попадать и быть здоровыми. 

– Да, давайте лучше будем друзьями.

– Лучше будем друзьями, но если что-то случилось, то, во всяком случае, пациенту есть, на кого надеяться.

– Да, конечно.

– Я вам желаю здоровья, прежде всего. Спасибо большое, что нашли время, пришли к нам в студию. Сегодня мы говорили о здоровье. В гостях у нас был заведующий ортопедо-травматологическим отделением Благовещенской городской клинической больницы Александр Чепелев. Всего доброго, будьте здоровы.

Беседовала Наталья Овсийчук от 07.08.18  сайт amur .info


Галерея

Заказать услугу
Оформите заявку на сайте, мы свяжемся с вами в ближайшее время и ответим на все интересующие вопросы.